Нелишний третий

Задачи public relations значительно меняются в зависимости от существующей ситуации, ведь специалист по связям с общественностью — профессия древнейшая. При этом за рамки политического и религиозного дискурса PR вышел только в прошлом веке и развивается с потрясающей скоростью. Сегодня наиболее точным определением функции PR-специалиста в кругу профессионалов мирового уровня считается встраивание бренда в систему ценностей потребителя. В случае глобального политического процесса, например, PR учит граждан любить народного избранника. А в случае местячкового процесса — в нашем случае развития небольшого самодельного бара — наиболее актуальным является схема «третьего места».

Наиболее полно концепцию «третьего места» еще в 80-е годы описал американский социолог Рэй Ольденбург — его книгу «Третье место: кафе, кофейни, книжные магазины, бары, салоны красоты и другие места «тусовок» как фундамент сообщества» не так давно перевыпустило Новое Литературное обозрение. Позволю себе процитировать простое базовое определение: «Третье место — обозначение, подходящее для индустриального общества, где рабочее место и дом отделены друг от друга и где эти два места взаимоисключающие.»

Проще говоря, третьим местом считается регулярная промежуточная остановка на маршруте «работа-дом» или «учеба-дом». В нашем современном обществе в очередной раз произошла подмена понятий — как стартап в России стал исключительно IT-термином, так и третьим местом принято считать преимущественно антикафе, коворкинги и лекционно-переговорные площадки. Но это по сути своей неправильно, хотя бы потому, что коворкинг-пространство предназначено для рабочего процесса, а лекционный зал подразумевает процесс обучения.

Ольденбург связывает появление формата третьего места с несколько сексистской и спорной теорией о необходимости существования закрытых мужских клубов времен американского патриархата. Грубо говоря, мужчинам было необходимо место, свободное от трудовой поруки и семейных проблем. Чаще всего третьими местами становились бары, пабы, сигарные клубы, полутемные бильярдные и покерные, переоборудованные для приема гостей мастерские и гаражи,.в нашем конкретном случае — промзона «Ленполиграфмаш».

В современных условиях равноправия в третьи места стали вхожи женщины — в Америке этот процесс стартовал с Великой Депрессии, когда заведениям просто необходим был приток посетителей, уже любого пола. Однако социальная функция «третьего места» не изменилась — явление способствовало созданию общества единомышленников, связанных между собой людей, не работающих в одном цеху и недостаточно знакомых, чтобы приглашать друг друга в дом на ужин. Так барная культура работает по сей день — знакомя, связывая, принимая в свой круг, отторгая чужеродное.

Но вот вопрос — как стать этим третьим местом, как встроиться в систему ценностей случайного гостя? Кто должен формировать общество в твоем собственном баре? Как этот социум между собой взаимодействует, почему он возвращается в твое заведение в будний день, когда у тебя не работает dj, не запланировано мероприятие, даже за баром стоит неопытный новичок? Мы в «Цеху» нашли для себя такой ответ — возможно, мы не самое облагороженное заведение на свете, вероятно, мы не можем приготовить любой коктейль из тысяч придуманных миксологами всего мира, но мы постепенно, неловко, но от души создаем третье место для своих друзей и хороших знакомых, точку на карте Петроградской стороны, в которую эти друзья и хорошие знакомые будут заходить, оказавшись на острове по своим собственным делам и чувствовать наше присутствие даже если мы решили взять себе денек на отдых. Для этих людей мы готовим коктейли, достраиваем и ломаем стены, включаем музыку и зажигаем гирлянды.

Ведь для окупаемости бара, слава богу, нужно всего ничего — достаточно наших телефонных книжек.